Пишем.руСайт журналистов и писателей

Вечер. Весна. Сиренью пахнет.
Иду в магазин. Хлеб к ужину купить.
Навстречу мужик. Глаз зачем-то правый щурит. Дергает меня за левый рукав пиджака.
- Слышь, браток, деньгами не богат?
Кто такой? Знать не знаю. В пивбаре, вроде, вместе не выпивали.
- Не-а, – отвечаю. – А, чего, дать, что ли хочешь?
- В морду я тебе хочу дать! Вывертывай карманы. Да живей, баран, шевелись!
И нож из кармана куртки кухонный вынимает.
- Сколько, – спрашиваю.
- Че, сколько?
- Денег тебе сколько надо? На пузырь, что ли?
- А че, денег, что ли, много? Все давай!
- Сто рублей. А у тебя, что, совсем денег нема?
- Твое, какое дело. Говорю, карманы вывертывай, а то кишку щас проткну. Правую… или левую. Выбирай.
- Были бы деньги, болтал бы с тобой… Ага… Ананасы на Канарах жевал бы, да зад в океане мочил… На, возьми, мне не жалко. По себе знаю, как хреново без денег. Год без работы. Из-за такого, как ты, между прочим.

+

Протянул я ему сто рублей, но карманы выворачивать не стал. Кроме горсти семечек у меня там и, правда, ничего больше не было.
Деньги он взял, оглянулся, но нож не убрал.
- И, чего же ты безработный? Ума не хватает?
- Ума, как у депутат Госдумы… Ментом я работал. Взял вот такого, как ты, по челюсти двинул, он с сотрясением мозга в больницу попал. Меня и пнули коленом. За превышение полномочий.
- Так ты, мент, значит?… Пургу гонишь…Плюгавый ты для мента!
- Каким родила меня мама… Не веришь, что двинул? Вот так взял и двинул.
И двинул ему кулаком под челюсть.
Он и упал. И нож куда-то в траву улетел.
Посмотрел я на этого бедолагу и протянул руку помощи.
- Доверять, паря, людям надо. Могу еще двинуть, чтобы в памяти закрепить.
Он поднялся, челюсть ладонью поддерживает.
- Ты сильно не обижайся. Это я не со злобы стукнул… Ну, хочешь, пива куплю. Похлебаем…Хотя это…, деньги-то мои у тебя.
Он головой тряхнул, что-то у него в шее чуть хрустнуло.
- Крепко ты, сука, бьешь. Точно, ментом шустрил.
- Зачем мне тебя обманывать!
Он чуть помолчал, глазами позыркал, нож, наверное, хотел отыскать.
- … Знаешь, я сам без работы сижу. Жена, что кукушка. С утра и до вечера. Денег давай, денег давай… Довела до кондрата. Ну, и решил барана найти, шкуру побрить… Хрен бы я тебя, конечно, почикал. Просто так резалово взял, напугать, чтобы.
- А моя дура вовсе на развод собралась подавать. Пока получку ей приносил, так довольна была. То сапоги себе модные купит, то на помаду потратит… Бабье дело известное.
- И моя такая же стерва. Люб был Ванюшка, пока давал на шанюшки.
- Рыбы они все – прилипалы. Слышал, в океане такие водятся? К китам присосками лепятся и живут за их счет.
- Верняк говоришь… Прилипалы… Тебя звать-то, как?
- Андрюхой.
- Ну, а я, Саня. Давай, будем знакомы.
И пожали мы друг другу ладони.
И пошли после в пивбар.
И Сане в пивбаре какой-то мужик водки задаром налил, а я водку за ее горечь пить не люблю.
И тащил я потом этого местного Робин Гуда до самой его квартиры, где и поставил лбом прямо к двери. Позвонил, да ушел вниз по лестнице.
Слышу, замок лязгнул, дверь открыли, затем грохот, это Саня упал, а потом женский визг: «Нажрался, конь кучерявый»!
У Сани лысина намечалась, а волос был жидкий, как редкий осенний дождь.
Вечно эти бабы, чего нибудь, да нафантазируют.
Жили ведь в раю, так нет, надо было яблоко скушать. Теперь и сами маются и нам, мужикам, спокойно пожить не дают.